ИЛЬЯ ЭРЕНБУРГ (Илья Григорьевич Эренбург)
(1891 - 1967)


       *  *  *                                 *  *  *

Когда в веках скудеет звук свирельный,        Весна снега ворочала,
Любовь встает на огненном пути.               Над золотом Москвы
Ее встревоженное сердце - пчельник,           Шутя шумела клочьями
И человеку некуда уйти.                       Внезапной синевы. 
                                              Но люди шли с котомками,  
К устам припав, высасывают пчелы              С кулями шли и шли,
Звериное тепло, под чудный гуд.               И дни свои огромные 
Гляди, как этот мед тяжел и золот -           Тащили как кули. 
В нем грусть еще не целовавших губ.           Раздумий и забот своих
                                              Вертели жернова.
Роясь в семнадцатом огромным роем,            Нет, не задела оттепель
Любовь сошла. В тени балтийских мачт,         Твоей души, Москва!
Над оловом Фонтанок или Моек                  Я не забуду очередь,
Был вскрик ее, а после женский плач.          Старуший вскрик и бред,
                                              И на стене всклокоченный
О, как сердца в такие ночи бились             Невысохший декрет.
Истории куранты тяжелы.                       Кремля в порфирном нищенстве
И кто узнает розовую пыльцу                   Оскал зубов и крест -
На хоботке прореявшей пчелы?                  Подвижника и хищника
                                              Неповторимый жест.
                                              Разлюбленный, затверженный,
                                              И все ж святой искус,
                                              И стольких рук удержанных
                                              Прощальный жар и хруст.
                                              Но верю - днями дикими
                                              Они в своем плену
                                              У будущего выкупят
                                              Великую весну.
                                              Тогда, Москва, забудешь ты
                                              Обиды всех разлук,
                                              Ответишь гулом любящим
                                              На виноватый стук.
                                                   (1921)

  • На предыдущую страницу
  • В антологию
  • Вернуться на главную страницу